Девушка присела у ручья, протянула руку и позвала – сама не зная как. Иногда ей представлялось, что от ее растопыренных пальцев во все стороны летят золотые нити, как по течению, так и против него, и касаются блестящей спинки рыбки. Та изгибается и резво плывет к Агате, чтобы поиграть с ней, попрыгать через подставленную руку. Вот уже на солнце сверкает гибкое торопливое тельце, вот уже Агата опускает в воду руку, чтобы взять ее в ладонь…
– Так-так-так, и чем это мы тут занимаемся?
Агатина рука застыла в воде, точно примагниченная лежащими на дне камнями. Плеск – это рыбка-подружка испуганно метнулась вниз по течению. Агата, подняв голову, заморгала. Человек стоял против солнца, и лица его не было видно. Но уж этот голос она бы узнала из тысячи.
– Я вас спрашиваю, Мортимер!
Агата поднялась, поспешно вытирая руку о подол юбки. Как он здесь оказался? Гулял, а она его не заметила? А может, он специально рыскал по парку, чтобы испортить ей еще и выходной?
– Ничем, учитель, – выдавила она.
Он сдвинулся, словно для того, чтобы ее лучше видеть, и сама Агата ясно увидела его лицо. Подумать только, в первый раз он показался ей даже красивым… Девочки до сих пор так считали – некоторые были просто влюблены в молодого учителя и постоянно вертелись возле его класса, чтобы иметь возможность лишний раз поздороваться и перекинуться с ним парой словечек.
Игорь Келдыш – вот как его звали и вот из-за кого и без того унылая школьная жизнь временами делалась просто невыносимой.
Под взглядом его ледяных глаз ей захотелось спрятать покрасневшую руку за спину.
– Почему вы не со всеми, Мортимер?
– Мне вовсе не хочется, учитель, – пробормотала она.
– Что? Не слышу! – резко сказал Келдыш.
Агата вскинула голову.
– Я хотела почитать, – объяснила погромче, но так же нетвердо. – Там шумно.
– Почитать? – переспросил он таким тоном, словно она занималась каким-то извращением. – И что же, осмелюсь спросить?
Агата неловко наклонилась, подбирая книгу, и подала через ручей, едва не уронив при этом в воду.
– «Противостояние. Лица и судьбы последней магической войны», – прочел Келдыш с выражением. Посмотрел на Агату поверх книги. – Вас интересуют такие вещи, Мортимер?
Агата заморгала.
– О, я не знаю, учитель. Я просто читаю все, что попадется под руку…
– И часто вам попадаются под руку подобные книги? Келдыш открыл книгу, быстро просмотрел оглавление, заглянул в середину, в конец… У него были очень густые темные ресницы – будто нарисованные на бледной коже. Сколько бы Агата ни красилась тушью, «увеличивающей объем», такие у нее все равно не выходили… Келдыш вскинул глаза.