Я не стал спорить и доказывать, что на сегодня моя смена закончена, надел скафандр и повис в бездонной черноте, суетясь над антеннами и проводами.
Позабыв, что заветную красную ампулу оставил в кармане другого комбинезона.
Кай бранился на закрытой волне в передатчик, что ждёт меня в грузовом отсеке уже битый час, потом отключился. Я улыбался, представляя, как он бесится. И решил для себя, что разбужу его, когда вернусь. И мы все-таки покурим.
Что ж, теперь ему придётся искать другую компанию для того, чтобы предаваться пагубным привычкам.
Я закончил работу, проверил запас кислорода и решил не возвращаться на корабль вот так сразу. Я отвернулся от его корпуса и некоторое время созерцал титаническую планету, на орбите которой мы вращались последние несколько недель.
Не знаю, что за сбой произошёл в это время на “Олимпе” – видимо, отключились сенсоры, отслеживающие положение членов экипажа вне корабля. Может быть, вспышка на Солнце? Неладное я почувствовал только тогда, когда задрожал страховочный трос моего скафандра. Несколько секунд понадобилось на то, чтобы повернуться к кораблю – и увидеть, что “Олимп” почти готов к маневру.
Я попытался связаться с диспетчером через передатчик, но его заклинило на волне, на которой мы общались с Каем. А Кай уже спал, либо все еще на меня злился.
В любом случае, мой сигнал он не принял.
Двигатели “Олимпа” вспыхнули синим. Мне не оставалось ничего другого, как отстегнуть фиксатор троса – а потом наблюдать, как корабль медленно отдаляется от меня.
В тот момент я еще верил, что мое отсутствие заметят, что за мной вернутся. Но “Олимп” начал ускоряться и наконец скрылся с глаз, растворившись в бесконечной темноте открытого космоса.
И вот он я, завис на краю атмосферы Юпитера, на высоте трехсот тысяч километров от его ядра, и смотрю под ноги – туда, где смутно виднеется облачная толща.
Это не планета.
Это бездна.
Юпитер беспощадно притягивает меня, и я готовлюсь ко входу в его атмосферу.
Датчики скафандра сигнализируют, что давление снаружи медленно поднимается. Еще две минуты – и меня срывает в бесконечное падение.
Я закусываю губу до боли, подглядывая одним глазом за показаниями приборов. Антигравитационный модуль активируется автоматически, скорость падения постепенно замедляется, и теперь у меня достаточно времени, чтобы насладиться последним и самым фантастическим зрелищем в моей жизни.
Скорость нарастает, но скафандр держится молодцом – я ощущаю только непрерывные толчки, как будто еду по разбитой автостраде. Внизу как будто виднеется коричневая твердь, но я при её виде не испытываю никакой надежды. Я знаю этого гиганта слишком хорошо, чтобы быть им одураченным.