Я обрезала очередную ветку, когда услышала громкую музыку. Она все приближалась и приближалась, и вот в конце улице появилась процессия. Впереди несли носилки с укрытой с ног до головы полупрозрачной алой тканью женщиной. Ее намотали в несколько слоев, превратив подобие парадного платья. Женщина улыбалась и щедро разбрасывала монеты. Следовавшая попятам толпа жадно ловила их, чуть не доходило до драки. Незнакомка показалась мне божественно прекрасной. Она словно смеялась над всеми запретами тети Нэт. Подведенные сурьмой глаза, пухлые губы, смелый взгляд. Незнакомка не отворачивалась при виде мужчин, широко улыбалась, махала рукой. На ногах — туфли, с помощью изящных ремешков крепившихся к лодыжкам. Разумеется, на каблуках, тонких, не тяжелых квадратных, которые носила мама. На руках кольца, на шее кулон. Поверх заменявшей платье ткани накинута меховая накидка: весна весной, но в тонком наряде быстро замерзнешь.
— Джанет! — непривычно визгливо окликнула тетя.
Обернувшись, увидела, что она стоит с перекошенным лицом, словно демона увидела.
— Не смотри! — будто малому ребенку, приказала Нэт.
Однако я не двинулась с места, завороженно наблюдая за прекрасной женщиной в красном. Какие у нее волосы! Не волосы, а расплавленное золото, струящееся по плечам. И кожа светится, наверняка гладкая, бархатистая. Завидовать грешно, но иногда можно. Ничего дурного не случится, если я немного постою, посмотрю.
— Глупая, в дом, немедленно!
Тетя больно ухватила за руку и оттолкнула от шпалеры. Так обидно: процессия как раз поравнялась с нашим домом.
— Несчастья своего не понимаешь, — продолжала шипеть Нэт, подталкивая меня в нужном направлении. — Это сборщица!
— Сборщица чего? — не поняла я.
Прекрасная женщина, наоборот, раздавала деньги, а не отнимала.
— Дани, конечно. Чему вас только в школе учат? — Тетя возвела очи горе. — Всегда говорила брату: напрасно деньги тратит, но он уперся. Дочери, де, должны не только читать и писать. Девушек она собирает, дурочка! И сама из бывших. — Нэт ненадолго замолчала, явно упустив самое интересное. — Стара стала, вот и ищет себе замену.
Какую замену, каких девушек? Тетя говорила загадками, но была явно сильно напугана, поэтому не стала сопротивляться, когда она втащила меня в дом, заперла окна и двери.
Чиркнуло огниво, подарив немного света.
— Пятнадцать лет прошло, — упавшим голосом произнесла Нэт, — вот и появилась сборщица. Я совсем забыла, думала, не приедет. А должна была предупредить, — с глухим вздохом добавила тетя.
Она стала темнее тучи, сгорбившись, замерла на табурете и смотрела мимо меня, в стену. Я даже испугалась, не случилось ли с ней чего, предложила сбегать за знахаркой. Не похоже это на тетю, она бы отругала, прочитала проповедь о труде и нравственности, а тут поникла, разом постарела лет на десять.