Пока что на этом я вынужден остановиться, потому что телега тоже остановилась.
Двери раздвинулись как в обычном лифте. Я ожидал, что окажусь в каком-нибудь коридоре, ну а там у кого-нибудь спрошу. Но нет. Выйдя из лифта, я оказался в какой-то комнате, больше похожую на средневековые покои какого-нибудь простолюдины. Честно говоря, всё почти так и было. Внутри за столом сидел какой-то монах в коричневой рясе с капюшоном и что-то записывал пером на бумаге под свечой. Вокруг него были горы аккуратно завёрнутых в рулоны бумаг. Видимо, что-то вроде библиотеки.
Не успел я открыть рот, как он оторвался от пера и сказал:
– А-а-а… Добро пожаловать в моё скромное жилище.
Затем бородатый незнакомец указал мне на стул и я сел напротив него.
– Вина?
Что-что, а вот от бесплатного алкоголя я никогда не отказывался.
– Да, спасибо.
Правда пить приходилось из деревяных стаканов.
– Ну что, Эдди, будем знакомы. Я отец Авраам.
– Очень приятно – ответил я и пожал ему руку.
– Тебя, наверное, интересует, как ты здесь оказался, надолго ли и зачем всё это вообще?
Я спокойно произнёс:
– Да нет, в общем-то. Я здесь, потому что ездить не умею. Нахожусь я, видимо, на небесах и, судя по тому, что вино бесплатное, это уже кое-чем смахивает на рай. Ну а сидеть я буду здесь, видимо, так долго, как продержится реаниматолог. Ну а дальше, может быть в место покомфортнее. Хотя если вспомнить, сколько я нагрешил в жизни, сколько раз нарушал заповеди, мне и адского пламени мало.
Лицо монаха исказила милая улыбка. После недолгой паузы он сказал:
– Нет, дорогой Эдди. Ты бы мог просто лежать без сознания до тех пор, пока тебя не вернут к жизни, но…
Я его тут же резко прервал:
– Так, значит, меня всё-таки откачают!?
С некоторым сомнением монах ответил:
– Вообще-то я имел ввиду, что ты мог бы лежать без сознания, пока врачи пытаются что-то сделать. Но кое-кто решил, что пока врачи пытаются восстановить пульс, твоя душа могла бы провести это время с пользой. То есть ты здесь до тех пор, пока за твою жизнь борются врачи. А там как получится. Либо обратно на землю, либо… – сказал монах, разведя ладони.
Но как я уже говорил, за пределами тела моя душа ничего не испытывала, так что никакого уныния или разочарования я не ощутил.
– Так вот, – продолжил отец Авраам, – как я сказал, ты здесь не из-за плохих навыков вождения. Впрочем, твой прадед в восемнадцатом поколении так и не смог научиться ездить на лошади и тоже сидел здесь.
А вот здесь я не мог не прервать его:
– А кем он был? Просто у меня уже не будет возможности узнать хоть что-нибудь о своих предках в настолько отдалённом времени.