Рюкзак оказался неподъемным. Я вздохнул, и принялся выкладывать скарб обратно на пол. Вот у гномов эволюция шла «от тяжелого к легкому». В ходе мировой истории они постепенно сменили свои тяжелые кольчуги и шлемы на лёгкий армейский камуфляж и бронежилеты. Мы, эльфы, простых путей не ищем. И, утратив секрет производства легчайшего и прочнейшего металла мифрила, перешли на обычные для всего остального мира сталь, кеврлар и пластик. Глобализация, однако. В итоге рюкзак пришлось перетрясти сверху донизу. Самое тяжелое я, как любой приличный турист, положил на дно. Игровой пистолет и высокие армейский ботинки со стальными носами. Все это завернуто в бронежилет. Игровой, но выглядит, как настоящий. А весит, как два. Вся моя игровая одежда ужасно тяжелая. Раньше, когда я жил на подачки от родителей, у меня все было скромное, дешевое и легкое. Сейчас я подрабатываю, и могу себе позволить кое-что покупать. Не самого лучшего качества, но и сам уже ничего не мастерю. Все, кто думают, что эльфы склонны к тонкой изящной работе по дереву и металлу, просто мерзкие расисты. Мои руки гордо растут из пятой точки, и обычно сработанные ими поделки никому нельзя ни продать, ни даже подарить.
– И на какую глупость ты в этот раз потратишь дни своего отдохновения? – ворчит мама, не ожидая от меня ответа.
Дни отдохновения! Вот, когда начинается настоящая студенческая жизнь! В эти благословенные три месяца ролевик дикий – обыкновенный, вроде меня, успевает прожить несколько жизней. Я, конечно, не ухожу полностью в мир своих фантазий. Все, что должен, делаю. Худо-бедно, выучился стрелять из лука и неплохо грести веслами на физкультуре в школе. Средненько готовить на уроках домоводства. На этом сходство с моими далекими предками заканчивается. И если на танцы меня родители все же загнали общими усилиями, то от предложения научиться ходить на лыжах я отказался вполне осознанно. Правда, ну сколько можно?! Почему, если предки современных эльфов пришли на материк по снегу, я должен отморозить себе пятую точку? Хоббиты же не ходят босиком до сих пор! Ладно, не будем о грустном. Я подумал, и принялся старательно рассортировывать весь игровой хабар на два рюкзака. На месте сразу переоденусь. Тогда одна сумка у меня освободится, а во второй я везу всякую легкую мелочь и еду. На себе от стоянки до шатра как-нибудь дотащу. Там недалеко.
– А тебе обязательно так странно стричься летом? – мама устала сердиться издали, и заглянула в комнату.
– Ма, – недовольно отмахнулся я, – это только на одну игру. Роль такая, понимаешь?