Передав поводья подбежавшему рыцарю, Пастор поднял мрачный взгляд.
– Не могу ответить вам тем же. – В его глазах застыла открытая неприязнь. – Ваша помощь, нунций, мне дорого обходится. Единственное, о чем прошу, – не мешайте.
Эти два человека были хорошо знакомы. Глава специального комитета Священной комиссии Трибунала нунций Фирсаний Софоклус выполнял для Трибунала те же задачи, что и командор для Ордена. Сейчас оба находились здесь, потому что убийство префекта столицы поставило на уши всю верхушку церкви, и патриарх потребовал от карательных органов бросить лучшие силы на скорейшее раскрытие дела.
Фирсаний, не убирая с лица благочестивой мины, сделал вид, что открытое хамство командора его не задело.
– Не стоит ссориться с самого начала. Его святейшество ждет от нас результата, и будет лучше, если мы оставим взаимные претензии в прошлом.
– Взаимные претензии! – В прищуренных глазах командора вспыхнули злые искры. – По вашей вине погибли три моих лучших бойца, три моих друга! Послать их против Тироса Иберийского без ментального прикрытия мог только глупец или предатель – и с тем и с другим я не хочу иметь ничего общего!
Нунций недовольно скривился.
– Ну что вы опять! Вам уже сто раз объясняли – это была нелепая случайность. Тироса должен был убрать совсем другой человек. Вашим рыцарям оставалось только забрать кристалл.
Смерив испепеляющим взглядом тощую фигуру в лиловой сутане, Лисандр молча повернулся к своим и отрывисто гаркнул:
– Осмотреть здесь все! Труп обыскать! – Для убедительности он ткнул в мертвое тело секретаря префекта, все еще лежащее в куче осколков. – Пармений и Васкес – за мной!
Не дожидаясь реакции, он прошел мимо нунция как мимо пустого места и решительно зашагал ко входу в здание префектуры. Тит Пармений и молодой человек, единственный из их группы без орденского плаща, поспешно бросились за ним.
Проводив взглядом мощную фигуру командора, Фирсаний Софоклус постоял немного в нерешительности и, зло поджав губы, все же пошел следом.
–
Склонившись над телом мертвого префекта Трибунала, Пармений с интересом рассматривал его разбитый затылок.
– Недюжинной силы должен быть человек, чтобы так приложить бедолагу. – Он повернулся к стоящему над ним командору. – Полбашки снесли! Кувалдой, что ли, били? Голыми руками такое не сотворить!
Пастор перевел взгляд с убитого на кровавое пятно на стене.
– А как же вот это? – хмыкнул он. – Засохшие мозги господина префекта говорят нам, что встреча его головы именно со стеной, а никак не с кувалдой, стала губительной для слуги Трибунала.