«Снимать»? – жестом спрашивает меня оператор, кивая на нашего героя, затянувшего тоскливую песню о безнадежном поиске музыкального слуха, затерявшегося в руинах ненависти к слушателям. Или о любви. Я не вслушивалась в слова.
Я кивнула и попыталась оглохнуть.
А народу, видимо, нравится. Надо же, какие одухотворенные лица, словно каждому дали по пять тысяч перед концертом.
– Оуооооуоооо, биться за любоооооувь! – выл Баранов, уничтожая все доброе и нежное в моей душе, – даааай мне пгикоснуться к тебееееее!
Пытка закончилась через шестнадцать минут и тридцать четыре секунды. За это нелегкое время мы узнали о подробностях всех оттенков любовной муки маэстро, безответной страсти и горечи расставания. А еще родители были против его занятий творчеством, твердили об отсутствии таланта, заставляли все бросить и пойти по стопам отца – учиться на ветеринара. Я пробежалась глазами по читальному залу в поисках урны для сбора средств на установку памятника этим святым, мудрым людям, готовая пожертвовать все свои сбережения. К сожалению, таковой нигде не оказалось. Смысл данного мероприятия был потерян окончательно.
– Добрый день! Прекрасное выступление! Можно ли вас на пару слов? – изрыгнула из себя я по окончании концерта, обращаясь к Баранову и кивая в сторону оператора.
Вот и все, что, собственно, нужно знать о моей работе. Нельзя иметь свое мнение, нельзя с воплем выбегать из зала, крича «отрежьте мне уши и заткните его кто-нибудь!», и пинать никого тоже нельзя. Даже за дело. Обидно.
Безысходность. Не менее пронизывающим своей безысходностью обещал стать вечер, ибо меня ждала встреча с огромными чёрными и печальными глазами моего благоверного. Ибо его принцип жизни заключался в бесконечной скорби о бренности бытия и невозможности вывести желтые разводы с белых рубашек. Встречаемся мы всего две недели, похожих на вечность, умноженную на бесконечность, и за это время у нас успело произойти столько невероятного, грандиозного ничего, что выть хочется. Основные характеристики Вити – апатия, еще больше апатии и большая кучка апатии сверху. Это я выяснила уже на второй день свиданий.
Я пробовала вывести его из депрессии. Мы катались на аттракционах, играли в лазертаг, ходили на выставку кошек и даже дрались подушками. Депрессия не ушла, зато я узнала, что у него ко всему прочему плохой вестибулярный аппарат, астма, а также аллергия на шерсть и пух. Наверное, зря я организовала все мероприятия в один день… надеюсь, он не подумал, что я хочу его убить.
К чему у меня есть безусловный талант, так это к ловле фриков и притягиванию нелепостей. Уж не знаю в чем проблема: в моем добродушии или идиотизме.