– Необычный клык. Больше на человеческий похож… нет, слишком длинный для человеческого.
– Я думала, ты можешь уже определять, какому животному принадлежит зуб.
– Вот отучусь на биологическом, тогда и смогу определить.
– Хм. Возьмёшь его?
– Зачем он мне? – удивился брат.
Папа прервал наш разговор.
– Бри, девочка моя, помоги Алану в пристройке. Завтра покрасим там стены.
***
Чёрный междугородний автобус распахнул свои двери, чтобы выпустить замученных и сонных пассажиров в ночной Мандевиль. Эпатажный и необузданно обаятельный Ронни набросил на одно плечо рюкзак и двинулся по проходу к выходу. Полная чёрная женщина шарахнулась от него в сторону. В этом городке не очень любили стильных и неординарных людей с татуировками. Ронни не испытывал особого желания возвращаться в Мандевиль, но обстоятельства так сложились…
– Эй! – заорал Тайлер. – Ронни, наконец-то!
Громила Тайлер заключил парня в объятия, похлопал по спине, встряс, а потом отстранил на расстояние руки, чтобы получше разглядеть.
– Совсем не изменился, – заключил он.
Ронни ухмыльнулся. Как будто кто-то из них может измениться. Хотя у Тайлера теперь волосы ещё длиннее, а борода рыжее, он всё тот же здоровяк, ломающий гитары во время репетиций.
Они забрались в фургон. Люк сидел за рулём, жевал жвачку.
– С приездом! Рад, что сделал правильный выбор.
– Нам вокалиста не хватает, – подхватил Тайлер. – Ты же и на клавишах сможешь трындеть, а то Мика ушёл.
– Почему?
– Сказал, что музыкой не хочет заниматься. Крыса! Да к ним переметнулся!
– Ты не можешь быть в этом уверен, – подметил Люк, заводя фургон. Потом обратился к Ронни: – Я тебе комнату подыскал. Она тебя устроит. Едем?
– Сначала в бар. Хочу со всеми поздороваться, – пожелал Ронни, и Люк без возражений погнал в любимый бар к друзьям.
Ночь не вечна. С обыденным утренним рассветом придёт яркий день. Это не то время, когда они могут высовывать свои носы на улицу. Ни Ронни, ни его друзья не хотели терять ни минуты.
***
В нашем городке все знали ювелира мистера Маккормик. Его магазин находился в самом центре города, и помимо золота и серебра у него можно было найти много бижутерии ручной работы.
Я принесла ему найденый несколько дней назад в саду клык и пожелала, чтобы он сделал мне подвеску-талисман.
Усатый мужчина с орлиным носом улыбнулся, разглядывая зуб.
– Обломлен у основания. А острый какой.
– Как думаете, мистер Маккормик, чей это клык? Ну, какого животного?
– Ох, дочка, я же не эксперт в этих делах. Кем бы ни было это животное, у него очень острые клыки. – Он спрятал клык в коробочку, после чего вынул бархатную подвесную полку с веревочками на шею. Я выбрала простую чёрную. – Клык я подточу, чтобы он тебя не поранил. Забрать сможешь завтра. Тридцать долларов, шестьдесят центов.