Словно фермер рано поутру морковку – хрусть, и только сок брызжет…
– Покс, что б тебя, нужно рассредоточиться и найти выход! Он тут должен быть! – Заорал я, сбросив кратковременное оцепенение. Стоя делу не поможешь, а безголовому уже всё равно. Себя сберечь надо!
А ведь тот барыга-араб предлагал прихватить с собой гранаты, «просто на всякий случай». И послали мы его, далеко и надолго. Проклял он нас, что ли, скотина?!
– А-а-а~! Мы все умрём!..
Я грязно выругался: «лидер» группы оказался настолько не в себе, что мои слова его и вовсе словно не коснулись. Его собственные телохранители пытались растолкать, да бестолку. Покс полусидел на полу, цеплялся за ноги отступающих стрелков и выл, покуда безумца тупо не бросили, дав пяткой по челюсти.
А после на него с небольшим замахом не опустилось увесистое такое копытце циклопа, ликующе взрыкнувшего и продолжившего своё кровавое шествие. Останки затащившего нас хер пойми куда идиота ещё болтались на лапе мифической твари, похрустывающей следующим несчастным, которого тварь «начала» с ног, а я уже оббежал добрую половину одной из стен этого, с позволения сказать, храма, на стенах которого луч фонаря безо всяких проблем высветил яркие, новенькие, непривычно-цветные фрески.
Издалека из-за темноты они ещё сливались в нечто неоднородно-непонятное, а вот так, вблизи, стала заметна и символически изображённая речушка, в водах которой бесновались страшные, искажённые муками и болью рожи, и даже дошколятам известный хрен на лодке, сжимающий в пальцах вскинутой к небу руки золотой кругляш. На середине противоположной входу стены обнаружилось изображение здоровенной, в два моих роста, трёхглавой псины – Цербер, не иначе.
И всё это великолепие отдавало паутиной изумрудного света, которая исчезала, стоило лишь попытаться сосредоточить на ней взгляд. Но что самое печальное – даже малейшего намёка на аварийный выход не было…
– Motherfucker, I'll rip your mouth open and shi~a-a-a-! – Дурниной заорал наш англоговорящий чернокожий спец по атмосфере, газам и токсинам, посылая в монстра пулю за пулей из своего полуавтоматического ружья. Безо всякого смысла: циклоп рывком сократил расстояние с ним, пригнулся и на бегу, не останавливаясь вдавил беднягу в одну из колонн с закономерным результатом, больше подходящим страстной встрече грузовика, старушки и бетонного столба.
К этому моменту я как раз закончил оббег периметра, окончательно убедившись в том, что этот злосчастный храм явных запасных входов-выходов не предусматривал: его словно изначально проектировали как ловушку, ведь даже в крепостях имелись тайные ходы, а тут отсутствовали вообще все «стандартные» лазейки. Из группы в тринадцать человек осталась пара безоружных пареньков-носильщиков, зажатых в углу залы и обречённых на смерть, да ваш покорный слуга, выискивающий пути для отступления и не оставляющий, пока что, надежд.