Еще оставался аварийный шлюз, через который четыре месяца назад я вылезла наружу, но в стенах не нашлось ни трещинки. Единственная зацепка за мир из моего сна – тувячьи анима-глупости… Судя по всему, мне действительно следовало наведаться в медблок. Однако терять пусть нафантазированные, но яркие и живые воспоминания я не желала. Реальность Идэнского купола похожа на еду, которой тут кормят, – питательную, но безвкусную. Кому, как не мне, знать это.
Вечер я посвятила просиживанию штанов в библиотеке, откуда, к сожалению, пропали многие любимые мною книги. Ну, зато я выяснила наконец все о физиологии взаимоотношений между мужчиной и женщиной, о беременности, родах, детях… Лучше бы я оставалась в счастливом неведении!
На следующее утро ко мне за стол присел мужчина средних лет с физиономией отъявленного мерзавца, изящными нервными руками и высоким слегка хрипловатым голосом. Неужели это мой «жених»?! Угрюмо зыркнув на него, я уткнулась в тарелку и принялась с фальшивым усердием ковырять пластиковой ложечкой белесую кашицу.
– Здравствуй, пупсик! – сладенько воскликнул незнакомец.
Я подняла глаза, намереваясь ответить ему в стиле Тома Мэйби, но слова застряли у меня в горле – ауру этого человека невозможно было с чем-то спутать. Передо мной вальяжно развалился на стуле тот, кто, по мнению Туве, похитил у нее Джо, тот, кто незримо присутствовал на эчеверийской субмарине. Наверное, выражение моего лица подсказало ему, что процесс узнавания идет полным ходом.
– Позволь представиться, Мэйби: Максимилиан Фрай, – мужчина шутливо поклонился, а потом сбросил свою порцию пищи в мусорное ведро. – Не очень приятно жрать эту гадость, а?
Как ни странно, на его действие не отреагировал ни один робот, хотя отказ от еды считался отклонением от нормы, поведением, неподобающим для индивидуума.
– Вы не житель Идэна, – пробормотала я.
– С чего ты взяла, малышка? – ухмыльнувшись, спросил Фрай. – Вдруг я родился вне Купола, как Срам?
– Нет. Здесь все рожи пресные, теперь даже у старика.
– Бинго, карамелька моя! Конечно, я не отсюда! – весело заорал он, опять-таки не вызвав ни малейшего волнения среди робонянек, а потом заговорщицки шепнул: – Я из той реальности, которая приснилась тебе вчера.
Ложка выпала у меня из пальцев, к горлу подступила тошнота. Видимо, до сих пор я не вполне верила в правдивость собственных воспоминаний. Итак, умопомешательство зашло дальше, чем мне показалось сначала, – вот, галлюцинации выбрались наружу средь бела дня.
– О, не погружайся в недра паники, сердце мое! Глюков у тебя нет. И Аксель был, и табор, и взрывы, и огромный сурок в двести пятьдесят четыре кило весом. Твое присутствие в куполе не менее реально. Впрочем, на твоем месте, Мэйби, я бы себе не поверил. Но… – Фрай перегнулся через стол и внес свое первое предложение: – Тебе же не хочется застрять тут навсегда?