– Я так соскучилась по тебе Мама.
Любава тоже не сдержала слез и почувствовала, как от Елены идет волна страшной болезни, что ее дочь умирает и помочь ей нельзя. Она хоть и была не сильной знахаркой, но такие вещи чувствовала всегда. Ее охватило отчаяние, и боль, и чувство беспомощности. Она поняла в секунду, что ничем не сможет помочь своей дочери. Любава обняла Елену и стала ощупывать, непонятно откуда боль и что же с ней случилось. Она вырастила свою девочку умной талантливой и красивой, а ничем сейчас ей помочь, она не в силах. И ощущение этого наполняло ее безнадежной тоской. Так не может быть, просто не может быть – билась в ее голове единственная мысль,– это несправедливо. Она не сразу услышала, что ей говорит дочь. Слова Елены о русалочьем озере, что ей нужно туда попасть и срочно,– доносились до нее как сквозь вату. Она посмотрела на дочь, и поняла, та знает, о чем говорит и знает туда дорогу. Но может, мы сами и без этого справимся – подумала она. Она чувствовала, откуда идет боль Елены, разомкнув руки дочери, быстро расстегнула на ней куртку и задрала футболку. И поняла, взглянув на рану, что дело совсем плохо, что да может если помогут, то только в русалочьем озере. Все что она, когда либо, слышала о русалочьем озере, давало ей хоть какую то надежду. Но помогут ли ей там? Озеро закрыто уже очень давно, да и живы ли те русалки? Она слышала слова дочери, что ей нужно идти туда только одной и, обняв Елену, и действительно поняв, что это последняя надежда. Смогла пересилить себя и подтолкнула Елену вперед.
– Торопись родная моя, а я подожду.
Она почувствовала, что времени действительно мало и все объяснения подождут, а сейчас Елене нужно идти.
Андрей стоял рядом как изваяние и выглядел сердито и виновато одновременно. Что – то между ними не так, – подумала Любава. Он направился за Еленой, пытаясь удержать ее на месте. Любава испугалась, что он не пустит ее, и схватила его за руку, бросив ему обидное.
– Не смог сберечь, так не мешай.
Она встала между ним и дочерью, готовая вцепиться в Андрея, если он будет мешать Елене, она почувствовала что время бежит как песок сквозь пальцы и любая задержка гибельна для Елены. Но Андрей неуклюже топтался на месте в растерянности. Елена улыбнулась им обоим, и эта улыбка на измученном лице выглядела как маска – оскал. Слезы катились у Елены сверкающими бриллиантами. Она быстро развернулась и пошагала по тропинке к лесу.
И когда Елена ушла за деревню стараясь двигаться легко, чтоб никто не заметил как ей больно, Любава закаменела от горя. Они стояли с Андреем у дома и переживали одинаково,– дойдет ли Елена самостоятельно и сможет ли открыть дверь к русалочьему озеру. Нельзя набрести на русалочье озеро случайно или найти его по рассказам тех, кто бывал у него раньше. Когда то давно оно открывалось для тех, кто его ищет только раз в году, да и то впускало к себе не всех и не всегда, а последние десятилетия оставалось только легендой. Во всяком случае, Любава никогда не слышала о том, что кому то удавалось туда пройти. Хотя желающих каждый год было много, маги разных уровней зря топтали ноги в округе, где оно, когда то появлялось. Но надежда была. Елена так уверенно говорила, что сможет пройти к озеру, что Любава ей поверила. Андрей не выдержал молчания первым и сказал,