Кто-то постучал в дверь. Норрингтон убрал чашку в стол на всякий случай и разрешил стучавшему войти, использовав дар природы.
Вошёл какой-то старичок в синей жилетке и чёрных штанах, с маленькими беспокойными глазами. Медленно, шатающейся походкой он подошёл к столу инспектора и сказал, глядя мимо Норрингтона на горшок, стоящий в углу, со странным растением, сильно похожим на росянку:
– Это он, инспектор, это он!
Инспектор, внимательно осмотрев посетителя с ног до головы и пожалев об убранной чашке с кофе, стал мысленно строить гипотезы насчёт того, кто именно направил к нему этого странного старика.
– Он вернулся, инспектор, – продолжал разговаривать с горшком старик. – Мы оставили его тогда на островке рядом с Исландией, но мы верим, что он выберется оттуда…
– Кто это – он? – поинтересовался Норрингтон, доставая из стола чашку.
– Брут, сэр, Кабан Брут, – сказал старик голосом человека, объяснившего всё.
– А вы знаете, господин…
– Томпсон.
– Вы знаете, господин Томпсон, где вы находитесь? Это же не свинарник.
– Конечно, инспектор, – забеспокоился старик, – но я сегодня прочитал газету, и в ней написано о существе, которое очень похоже на Брута. Норрингтон внимательно посмотрел на Томпсона, отставил чашку и осведомился, не считает ли мистер Томпсон, что существо с красными глазами, умеющее летать, – кабан.
– Истинная правда, инспектор, это кабан, это так же верно, как то, что я здесь стою.
– А вы когда-нибудь видели летающих кабанов? – вопросил Норрингтон, мысленно представляя забавную картинку.
– Нет, инспектор, но это Брут.
– Почему именно он? Брут умел летать?
– Нет, он был обычным чёрным кабаном. Мы высадили его на островке, потому что боялись шторма. Плавали, знаете ли, ловить рыбу с разрешения властей к берегам Исландии…
– Но это не кабан, – возразил инспектор, – мало того, что это существо летает по воздуху, но ведь оно же ещё обладает огромными размерами. Я уже не говорю о том, что его невозможно ранить. Джон Раймон стрелял два раза, но даже не ранил это существо.
– Он промахнулся, инспектор, было темно.
– Ну уж нет, мистер Томпсон, – сказал Норрингтон, поднимаясь со стула, – в показаниях чётко прописано, что он попал два раза, а если в показаниях так написано, значит, это правда.
Томпсон с укором посмотрел на росянку, но промолчал.
– Так значит Брут, – подытожил инспектор, поднимая с пола утреннюю газету.
– Брут, – подтвердил Томпсон.
– Ну ладно, идите, спасибо за информацию.
Старик начал совершать медленные кривые зигзаги по направлению к двери. Когда он добрался до неё, Норрингтон, стоявший у окна и настукивавший пальцами по подоконнику, спросил: