Собирала Инксти пепел возлюбленного мужа своего Бруса из Стиуров. Пела ему скорбные песни, проклинала коварного черного дракона Зетроса со всей вечной армией. Изливались потоками слезы ее и стремились на поле, что последним слышало дыхание отважного Бруса. Рокотала грудь и от грома стенаний ее в реках слез вздымались острова. Красила она одежды свои в траурные цвета. Змеились черные мысли о лжи древних пророчеств. Прогнала она всех мудрецов и магов. Взяла серп и разрезала все свитки, что предрекали победу и зарю славной эры Аеви. Но не было ей утешения, нигде не отдыхало сердце ее. Проклинала она вечную судьбу свою и душу свою, что из иного мира, над которой не властны законы земли Стиуров.
Верный обоюдоострый Эглис отважного Бруса проткнул черное сердце, но коварный Зетрос, уходя в вечную ночь проклял тело свое и каждого, кто прикоснется к нему. Упали оба замертво на землю Стиуров и все войска их и знамена.
Растеклась кипящая грязь Зетроса, смешавшись с алой жизнью Бруса, на клинке Эглиса. Кипит кровь дракона, бурлит под ней кровь воина и не будет им покоя до конца веков.
1000 лун у камней печали горели погребальные костры, провожая защитников Стиура. Призвала благородная Инксти верного Итари, последнее дитя рода.
