В невидимом мире стояла очередь. Она тянулась через просторный зал, залитый мягким светом. Здесь не было ни часов, ни окон, ни смены дня и ночи. Никто не знал, сколько ждал: само ожидание не утомляло.
Души готовились к земной жизни. Каждой предлагали выбор, но не показывали будущего целиком. Можно было увидеть возможные дороги: дом, в котором родишься, людей, которых встретишь, способности, которые сможешь развить. Но за поворотами скрывалось неизвестное.
— А если я забуду, зачем пришла? — спросила одна душа.
— Забудешь, — ответил Хранитель у начала дороги. — Так устроена жизнь. Ты будешь учиться вспоминать.
— А если не вспомню совсем?
Хранитель посмотрел на Землю. Там мерцали города, дороги и крошечные окна, за которыми люди ужинали, спорили, обнимались, спешили и молчали.
— Тогда, возможно, кто-то рядом напомнит тебе. Или ты сама однажды остановишься и услышишь вопрос.
Душа выбрала долгую дорогу. Ей отвели время, имя и первую встречу. Потом свет сомкнулся, и она шагнула туда, где начиналась человеческая жизнь.
Глава первая. Обычный день
Его звали Артём. В детстве он хотел строить мосты, потом мечтал о путешествиях, а к сорока двум годам научился рассчитывать только время в пути до работы и количество дел, которые можно уместить до сна.
Он работал инженером в большой городской службе. На экране перед ним сменялись таблицы, заявки и сообщения. Дома его ждали жена Марина, дочь Лиза и ужин, который часто остывал, пока Артём отвечал на последнее письмо.
Он не считал себя несчастным. Просто всё время был занят. В понедельник обещал себе выспаться в выходные. В выходные разбирал дела, которые не успел на неделе. Когда Лиза просила посмотреть её рисунок, он говорил: «Секунду». Секунда растягивалась, пока девочка сама не убирала альбом.
Однажды вечером Артём ехал домой в автобусе. За окном мигали витрины, в телефоне появлялись новости и уведомления. Он листал экран, не читая, когда услышал голос Лизы:
— Пап, а мы точно туда живём?
— Куда — туда? — спросил он, оторвавшись от телефона.
— Ну… туда, куда хотели.
Артём хотел ответить что-то взрослое и успокаивающее. Но автобус качнулся, телефон завибрировал, а слова так и не нашлись. Лиза отвернулась к окну. На стекле отражались их лица — усталые, освещённые голубым светом экрана.
Дома Артём долго не мог уснуть. Вопрос дочери не звучал обвинением. Именно поэтому он не мог от него отмахнуться. Он вспомнил свои детские желания и вдруг понял, что не помнит, когда в последний раз спрашивал себя, чего хочет теперь.
