Глава 1. ПОСЛЕДНИЙ СПОКОЙНЫЙ ДЕНЬ
Ветер с горы Пропасть всегда дул с востока, принося с собой запах хвои, сырого камня и чего-то ещё, необъяснимого, что жители Грэнтона называли «дыханьем старого леса». Шеф полиции Лиам Брок стоял на крыльце своего нового, вернее, старого дома — дома своего детства — и пытался убедить себя, что этот запах не вызывает у него беспокойства.
Дом был маленьким, деревянным, купленным за бесценок у семьи, спешно уехавшей в прошлом году. «Боли в спине», — сказали они. Но в их глазах Лиам, проработавший восемь лет в департаменте Сиэтла, увидел знакомый, липкий страх. Он видел его у людей, ставших свидетелями того, с чем психика отказывается мириться. Тогда он списал это на провинциальную замкнутость. Теперь, через три месяца жизни здесь, он начал сомневаться.
Город Грэнтон цеплялся за склон, как лишайник. Двести домов, церковь с покосившимся шпилем, одна улица с подслеповатыми фонарями и бескрайнее, почти чёрное море пихт и елей, упиравшееся в каменную гримасу Пропасти. Гора не была высокой, но в ней была неправильность, не геологическая, а почти что намеренная — глубокий, вертикальный разлом, похожий на открытый рот, чёрный даже в полдень.
Лиам закурил, делая первую затяжку с наслаждением, которое так и не смог искоренить. Сигаретный дым перебивал запах леса. Он смотрел, как внизу, на главной улице, открывалась лавка «У Мэй». Старуха Мэй, хозяйка, выставила на тротуар грифельную доску с ценами. Рядом с ценами на травы и лекарства всегда был нарисован маленький, почти невидимый символ — круг с точкой внутри. Лиам спросил как-то. «От сглаза, шериф, — ответила Мэй, вытирая руки об фартук. — Старая местная примета». Её глаза, тёмные, как чернослив, смотрели сквозь него, и в них не было ни капли простодушия.
Он потушил окурок, зашёл внутрь. Дом был почти пуст. Коробки с книгами и одеждой стояли нераспакованными в углу гостиной. На каминной полке — единственная фотография. Он, молодой, в полицейской форме, и Дэнни, его напарник, оба смеются, обнявшись. Снимок был сделан за месяц до того, как пуля, предназначавшаяся Лиаму, нашла Дэнни в переулке за дешёвой закусочной. Расследование признало его смерть «при исполнении», но Лиам знал правду. Он опоздал. Он не увидел движение в тени. Он выжил.
Грэнтон должен был стать лекарством. Тишина. Покой. Место, где ничего не происходит. Так ему обещали.
Рация на его поясе хрипло кашлянула. Голос Джека, ночного диспетчера, звучал неестественно громко в тишине дома.
— Шеф, у нас вызов. Старая Смайлер-роуд. Говард Финч. Он... он в истерике. Говорит, нашёл что-то в лесу.
