— Итак, вы все знаете, что́ на самом деле представляет собой это туманное белое пятно, про которое говорят, будто это река или будто это след от пролитого молока? — спросил учитель, указывая на туманную белую полосу, подобную Млечному Пути, тянущуюся сверху вниз на большой чёрной карте звёздного неба, что висела на доске.
Кампанэлла поднял руку. Затем подняли руки ещё четверо или пятеро. Джованни тоже хотел поднять руку, но поспешно передумал. Он когда-то читал в журнале, что это, конечно же, всё звёзды, но в последнее время ему было так сонно каждый день в классе, и у него не было времени читать книги, да и самих книг не было, поэтому ему казалось, что он ничего толком не понимает.
Однако учитель быстро это заметил.
— Господин Джованни. Вы ведь знаете?
Джованни порывисто встал, но, поднявшись, понял, что не может ответить чётко. Дзанери, сидевший впереди, обернулся, посмотрел на Джованни и тихонько хихикнул. Джованни совсем растерялся и покраснел до корней волос. Учитель снова заговорил.
— Если хорошенько рассмотреть Млечный Путь в большой телескоп, то что же он из себя представляет в основном?
«Всё-таки звёзды», — подумал Джованни, но и на этот раз не смог ответить сразу.
Учитель, казалось, немного растерялся, но, переведя взгляд на Кампанэллу, назвал его по имени:
— Тогда господин Кампанэлла.
Но Кампанэлла, который так бодро поднимал руку, теперь, тоже смущаясь, стоял и не мог ответить.
Учитель с удивлением смотрел на Кампанэллу, а потом поспешно сказал:
— Ну, хорошо, — и сам указал на карту звёздного неба. — Если посмотреть на этот туманный белый Млечный Путь в большой хороший телескоп, то он видится как множество маленьких звёзд. Не так ли, господин Джованни?
Джованни покраснел и кивнул. Но в его глазах уже стояли слёзы. Да, он ведь знал это. Конечно, и Кампанэлла знал. Это было в том журнале, который они когда-то читали вместе дома у отца Кампанэллы, доктора наук. И не только: когда они прочитали тот журнал, Кампанэлла тут же принёс из отцовского кабинета большую книгу, открыл раздел о Млечном Пути, и они вдвоём долго-долго рассматривали прекрасные фотографии: на чёрных страницах были белые точки. Не может быть, чтобы Кампанэлла забыл об этом. И всё же он не ответил сразу. Наверное, потому, что в последнее время Джованни тяжело работал и по утрам, и после обеда, и в школе уже не играл со всеми оживлённо, и с Кампанэллой тоже почти не разговаривал. Кампанэлла, зная это, пожалел его и нарочно не ответил. Когда Джованни подумал об этом, ему стало невыносимо жаль и себя, и Кампанэллу.
