Москва, 2046 год. Рассвет после бури.
Артем Волков стоял на вершине руин Останкинской башни, превратившейся в гигантский маяк из ржавой стали и битого стекла. Ветер гулял между обломками, разнося песок, который уже похоронил под собой полгорода. В руке он сжимал «Песочные Часы Хаоса» – артефакт, найденный на пепелище Синдиката. Струйки песка внутри перетекали медленно, будто время здесь истекло.
– Магистр Хаоса. – Голос за спиной заставил его обернуться. Это был Игорь, бывший инженер, а теперь – глава выживших из бункера у ВДНХ. – Радиация с юга растёт. Говорят, Синдикат строит что-то в пустыне. Больше, чем «Арканум».
Артем кивнул, не отрывая взгляда от горизонта. Там, где раньше зеленели леса, теперь лежала выжженная равнина, уходящая в дымку. Он помнил, как Анна, запертая в зеркалах, шептала ему во сне: «Ищи там, где время течёт вспять».
– Собери отряд, – сказал он, пряча часы за пояс. – Мы двинемся на закате.
Игорь замялся:
– Люди боятся. Говорят, в песках водятся тени…
– Тени боятся огня, – Артем сжал кулак, и песок у его ног взметнулся вихрем, сформировав кинжалы из кварца. – А я стал огнём.
Пустыня. 40 км южнее Москвы.
Караван из трёх вездеходов пробирался сквозь барханы, оставляя за собой колею, которую тут же заглаживал ветер. Артем вёл первый автомобиль, его пальцы в бессознательном ритме выбивали дробь на руле. Радиационный счётчик шипел, зашкаливая, но он игнорировал его – его тело, пропитанное хаосом, уже не боялось ни радиации, ни песка.
– Слева! – крикнул Игорь с заднего сиденья.
Артем резко вывернул руль. Из дюны вырвался рой механических скорпионов, их жала сверкали иглами с нейротоксином. Он не стал использовать гравитацию – вместо этого выпрыгнул из машины, схватив два песчаных кинжала.
– Не трать патроны! – бросил он отряду, врезаясь в центр стаи.
Его движения были яростью, отточенной годами потерь. Клинки из песка крошили металл, а каждый удар ноги поднимал волну, закапывающую скорпионов заживо. Когда последний робот захрустел под сапогом, Артем обернулся – люди смотрели на него как на божество. Или монстра.
– Магистр… – Игорь протянул флягу. – Вода.
– Оставь её тем, кто дышит, – Артем отстранился, чувствуя, как песок под кожей впитывает влагу из воздуха.
Ночью, когда лагерь затих, он ушёл в дюны. Часы в его руках пульсировали, указывая направление. Там, за горизонтом, ждало «что-то».
И она пришла.
Оазис-иллюзия.
Сначала он подумал, что это мираж – фигура в развевающемся плаще, танцующая на гребне дюны. Но когда песок под её ногами засветился рунами, Артем понял: это не галлюцинация.