ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
ЕВА /она же АССОЛЬ/
АДОЛЬФИНА ПРИКУПОВНА – мать Евы
ПЬЕР ГУДРОНОВИЧ – отец Евы
СТЕПАН /он же капитан ГРЭЙ/
ФРОСЯ – мать Степана
КОСТЯ – сосед по даче
ДЖЕНГО – африканец /он же помощник Судьи/
ЦИНЬ ДЗЯНЬ – китаец /он же помощник Судьи/
МОРДЕХАЙ – богач /он же СУДЬЯ, скрипач ЦИММЕР, МУЖЧИНА в тёмных очках/
ГИБРИД
БИЗОН
Смотри, какие быстрины,
Когда ты видел эти сны?…
Александр Блок
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Картина первая
Спальная комната, богатое убранство. Будуар. Утро.
ЕВА /сидя перед зеркалом и наводя макияж/. Нет, нет и нет! Никогда не станет он моим мужем! Всё! Ставим на этом точку!
МАТЬ. Точку будем ставить мы с папой, голубушка! А ты пока слушай, что говорит тебе мама…
ЕВА. Ни мама, ни папа… и никто в мире не заставит меня лечь в постель с этой медузой!
ЕВА. Не смей! Не смей оскорблять благородного человека, мерзавка! Мало того, что он выбрал среди всех тебя… бездельницу и сумасбродку, он… он готов записать на тебя… целое состояние!
ЕВА. Хха… готов! А спать мне придется… с кем? С состоянием? Ты посмотри на него! /Берёт со столика фотографию/. Сколько здесь веса? Центнера полтора… не меньше! Да он же в дверь не войдет – застрянет… этот Мордехай Нафталиныч! /Продолжает наводить макияж/. Придётся бульдозер искать… Итальянский, не наш – он не справится! И не подсовывай мне больше никогда… этого выродка! /Швыряет фотографию на пол/.
МАТЬ /поднимая фотографию/. Ну хорошо… негодяйка! Раз так – не видать тебе круиза в Африку, как своих ушей! И яхты в Неаполе – тоже! И вообще – будешь жить теперь… на свою стипендию!
ЕВА. Ой… напугала! Да я всю жизнь только и мечтала, чтобы отстали вы от меня, наконец! Обойдусь спокойно и без яхты вашей, и без африканских джунглей с крокодилами. Буду ходить оборванная, грязная, вшивая… зато свободная! Хха… какая прелесть!
МАТЬ /зовёт/. Пьер! Пье-ер… зайди сюда!
Входит Пьер Гудронович. Он в лёгком домашнем халате, на ногах – шлепанцы.
ОТЕЦ. Что случилось, родная? /Целует жену в щеку. Подходит к дочери/. С добрым утром, девочка моя! /Целует Еву в щеку/. Что тут у вас происходит? /Берёт из рук жены фотографию/. Очередные разногласия в парламенте?
МАТЬ. Если бы? Тут дела покруче, милый!
ОТЕЦ. Покруче? Не может быть! Я всегда знал: наша Ева, наша любимая наследница умеет трезво смотреть на вещи.
МАТЬ. Вот она и посмотрела! Да так трезво, что если он… уважаемый всеми, господин появится здесь, то это будет… вторая Хиросима – не меньше!
ОТЕЦ. Не может… не может этого быть, Адольфина, уверяю тебя! Потому что не может быть никогда!
ЕВА /продолжая заниматься макияжем/. Может, папа… и очень даже легко! Я убью его! Зарежу… вот этим вот ножичком для снятия лака! Ночью! Когда эта жирная свинья уснет!
