– ТН-951, готовьтесь к высадке.
Голос в канале связи звучал сухо, без тембра. Металлический щелчок, затем мягкое шипение гидравлики в грузовом отсеке. Огни аварийной подсветки, мерцающие кровавым алым, скользили по матовой броне, не оставляя бликов.
Единица ТН-951 стояла в центре отсека, пристёгнутая магнитными скобами к полу. Два метра десять сантиметров титанового сплава, полированной керамики и углеродного волокна. Контур не человеческий: массивные плечи со встроенными блоками пассивных радарных помех и активных орудий; торс, напоминавший башню танка, с выпуклыми панелями теплообменников по бокам; ноги, подобные опорам шагохода, с амортизаторами, способными погасить падение с тридцати метров. На спине, над трапециевидным силовым ядром, возвышались рельсовая направляющая для ракет и спаренный роторный гранатомёт.
Руки заканчивались боевыми манипуляторами. На предплечьях виднелись срезы для выдвижных энергоклинков. На правом плече жёстко крепился тяжёлый пулемёт калибра 12.7 мм с лентой, уходящей в бронированный короб на спине. Лицо отсутствовало. Вместо него – гладкая панель шлема, в центре которой горела единственная оптическая линза визора тусклым рубиновым огнём.
– Погодные условия в точке высадки: снежная буря, ветер двадцать метров в секунду, видимость менее пятидесяти метров. Температура: минус двадцать семь. Все каналы связи переведены в режим радиомолчания. Автономное функционирование активировано. Таймер до открытия люка: тридцать секунд.
Единица не ответила. Внутри каркаса, в коконе из амортизирующих накладок и нейроинтерфейсных игл, тело совершало автоматические, едва заметные микродвижения, синхронизируясь с системами костюма. Визор заливал лицо потоками данных: давление, заряд оружия, стабильность силового поля, карта с пульсирующей целевой точкой в семи километрах к северо-востоку.
Двадцать секунд. Пилоты в бронированной кабине впереди не оборачивались. Они везли особый груз.
Десять секунд. Магнитные скобы с шипением отстегнулись. ТН-951 сделал шаг вперёд, к круглому люку в полу. Тяжёлый шаг, от которого вздрогнула обшивка.
Пять. Четыре. Три.
На стене зажглась зелёная лампа.
Люк исчез. Внизу зияла чернота, разрываемая бешеными водоворотами снега. Свист ветра ворвался в отсек, заглушая ровный гул двигателей. Снизу не было видно земли – только хаотическая, ревущая буря.
ТН-951 шагнул в пустоту.
Падение предсказуемо управляемое. Реактивные стабилизаторы на спине и ногах рванули короткими, контролируемыми импульсами, ориентируя массу в пространстве. Визор переключился на инфракрасный и лидарный режимы, прорезая белую пелену. Земля проступила в виде зелёной, неровной сетки, стремительно приближаясь.
