Туман был вечным спутником. Он клубился, обволакивая руины когда-то величественных зданий, превращая их в призрачные силуэты, похожие на кости давно умерших гигантов. В такие моменты казалось, что мир действительно принадлежал им – тем, кого мы теперь называли Титанами. Их скелеты, огромные, словно горы, возвышались над горизонтом, напоминая о мощи, которая когда-то властвовала здесь. Но теперь они были лишь окаменевшими свидетелями, частью пейзажа, пропитанного тишиной и забвением.
Десятилетняя Лира, которую все звали Эхо, не помнила другого мира. Ее жизнь была чередой серых дней, наполненных поиском съедобных кореньев, укрытием от пронизывающего ветра и тихим шепотом страха, который всегда витал в воздухе. Ее дом – это несколько уцелевших стен старого склада, где обитала их маленькая община. Они жили по строгим правилам: не шуметь, не привлекать внимания, и, самое главное, не думать о том, что было до.
Но Эхо думала. Она чувствовала. Когда туман сгущался особенно сильно, когда тени удлинялись, она видела. Нет, не видела в обычном смысле. Это было скорее как проникновение. Словно тонкая завеса, разделяющая времена, истончалась, и она могла уловить отголоски. Отголоски шагов, которые сотрясали землю. Отголоски криков, которые заставляли небо дрожать. Отголоски самой жизни, наполненной силой, которую она не могла ни понять, ни объяснить.
Сегодня был один из таких дней. Туман окутал все плотнее, и воздух стал тяжелым, словно пропитанным предчувствием. Другие выжившие, закаленные годами борьбы, старались не обращать внимания, погруженные в свои мелкие заботы. Но Эхо не могла. Она сидела, прислонившись к холодной стене, и смотрела вдаль, на одну из самых огромных костяных структур, что возвышалась над их лагерем.
Внезапно, резкий, колючий холод пронзил ее. Это было не похоже на обычный ветер. Это было присутствие. Невидимое, но ощутимое. Оно росло, наполняя пространство вокруг нее. Сердце Лиры забилось быстрее. Она почувствовала, как дрожит земля, но не от внешнего толчка, а от внутреннего резонанса.
- Они идут, – прошептала она, хотя слова застряли в горле.
Старик Мал, их лидер, услышал ее. Его морщинистое лицо напряглось.
- Что ты говоришь, дитя? Что ты чувствуешь?
Эхо закрыла глаза, пытаясь удержать ускользающее видение. Перед ней мелькнул силуэт – длинный, угловатый, словно вылепленный из самой тьмы. Он двигался с неестественной грацией, а его присутствие было настолько мощным, что казалось, воздух вокруг него сгущается, искажается.
